Эльвира Кадырова
23-24 августа 2026 года Президент Азербайджана Ильхам Алиев посетил с государственным визитом Узбекистан. Одним из ключевых итогов встречи в верхах стало подписание с Президентом Узбекистана Шавкатом Мирзиёевым Договора о вечной дружбе.
Ровно два года назад в этот же день – 23 августа 2024 года – стороны подписали Договор о союзнических отношениях, который также послужил базисом для нового договора.
Закономерно в аналитической плоскости возникает вопрос: Зачем через два года после подписания объемного 24-статейного союзнического договора потребовался новый документ из 11 статей, положения которого, кажутся, весьма обобщенными?
Между тем, сравнительный анализ показывает, что документ 2024 года о союзничестве — это строгое юридическое закрепление обязательств по развитию многоуровневых связей – от энергетики до экологической безопасности, от внешней политики до развития сотрудничества между узбекской и азербайджанской диаспорами. А договор 2026 года — это своеобразная политическая клятва, идеологическая и эмоциональная надстройка, и скорее пакт, консолидирующий взаимный нейтралитет и гарантирующий условия безопасности для тех договорённостей, которые были закреплены два года назад.
Обоюдный нейтралитет и эволюция концепции безопасности
Согласно Статье 2 Договора о вечной дружбе, «стороны не участвуют в каких-либо блоках или союзах, наносящих ущерб суверенитету, безопасности и территориальной целостности другой Стороны, а также не будут принимать участие в каких-либо действиях, направленных против другой Стороны». Эти обязательства созвучны положению статьи 3 Договора о союзнических отношениях. —- Что это значит? То есть, если третьи страны или существующие военно-политические блоки начнут проводить враждебную политику против Азербайджана или Узбекистана, вторая сторона обязана оставаться нейтральной и не имеет права присоединяться к таким санкциям, альянсам или резолюциям.
Далее, в обоих договорах в чуть отличающихся формулировках подчеркивается, что стороны не допускают использования их территорий третьими странами в ущерб государственному суверенитету, безопасности и территориальной целостности другой стороны.
В Договоре о вечной дружбе также содержится дополнительное обязательство, которое указывает на эволюцию концепции безопасности в отношениях между Азербайджаном и Узбекистаном. В статье 2 прописано: «Стороны не допускают создания и деятельности на своей территории организаций и групп, наносящих ущерб суверенитету, безопасности и территориальной целостности другой Стороны».
В чем суть? Ни Ташкент, ни Баку не позволят разместить у себя иностранные военные базы (вероятно, объекты разведки) или использовать логистику (аэродромы, железные дороги) для действий, направленных против союзника. Азербайджан и Узбекистан обязуются быть нейтральной гаванью, где запрещена работа любых оппозиционных, экстремистских, информационных или военных формирований, действующих против второй стороны.
Таким образом, Азербайджан и Узбекистан, институционализировав союз, укрепляют его безопасность через внедрение политической доктрины вечной дружбы.
Почему Договор 2024 года о союзнических отношениях потребовал идеологической поддержки в 2026 году?
Ответ лежит в рассмотрении нескольких параллельных региональных процессов и сложной карты возникающих рисков.
В геополитическом разрезе, Азербайджан присоединился к формату консультативных встреч Центральноазиатской пятерки и официально заявляет о единстве геополитического пространства с Центральной Азией. Ташкент (как один из инициаторов присоединения Азербайджана к формату С5) и Баку (как мост в Европу) выступают осью геополитического макрорегиона Кавказ – Центральная Азия.
В разрезе безопасности, если уж Азербайджан и Центральная Азия позиционируются как единое геополитическое поле, то каспийская зона обеспечивает стыковку Кавказа и ЦА. Одновременно, Каспийское море – это стратегический элемент Срединного коридора, а в более широком смысле, этот водоем выступает ключевым звеном в связуемости на общетюркском пространстве (Турция, Южный Кавказ, Центральная Азия).
Однако, Каспийское море все больше превращается в узел вызовов безопасности, связанных с эскалацией конфликтов вокруг Ирана.
Если документ 2024 года фиксирует дорожную карту кооперации (оборона, экономика, экология), то Договор 2026 года работает как правовой щит: он гарантирует, что ни Баку, ни Ташкент не поддадутся внешнему давлению и не позволят использовать свою инфраструктуру для блокировки или дестабилизации каспийских маршрутов. Кроме того, стороны создают необходимые правовые, экономические и организационные условия для дальнейшего укрепления взаимосвязанной транспортной системы.
Защита политического суверенитета
В Договор 2026 года внесена еще одна новая формулировка. Азербайджан и Узбекистан обязались поддерживать друг друга в выборе путей и моделей развития, соответствующих их национальным реалиям, поддерживать позиции друг друга по ключевым вопросам, затрагивающим их коренные интересы.
Этим пунктом стороны гарантируют друг другу дипломатическую поддержку по чувствительным темам на международных площадках, нейтрализуя попытки третьих сторон (государств или объединений) оказывать политическое давление на внутреннюю или внешнюю политику Баку и Ташкента.
Общерегиональный контекст
Договор о вечной дружбе с Узбекистаном следует рассматривать в русле последовательных усилий Баку по формированию нового центра политической силы, с большей долей вероятности имеющего тюркские контуры. Азербайджан не ограничивается площадкой консультативного формата Центральной Азии, а активно продвигает и двусторонний подход в отношениях. Это приветствуется в столицах региона, поскольку каждая страна имеет свои уникальные экономические модели, внешнеполитические приоритеты и национальные особенности, наряду с региональным интеграционным треком.
В июле Азербайджан и Кыргызстан с подписанием договора вывели отношения на уровень союзничества. Среди прочего, договор также подтверждает обязательства двух стран не участвовать в каких-либо блоках, направленных друг против друга.
Естественно, что вывод отношений на союзнический уровень как с Кыргызстаном, так и с Узбекистаном, накладывает на стороны определённую ответственность и в данном случае затрагивается будущее стабильности на Кавказе и Центральноазиатском регионе.
Широкий пакет документов Азербайджан подписал в июне с Туркменистаном по результатам переговоров на высшем уровне. Часть из них Президент Алиев утвердил на прошлой неделе (соглашение об основных направлениях развития и углубления экономического сотрудничества, соглашение об энергетическом сотрудничестве, протокол о сотрудничестве в области таможенной статистики взаимной торговли и соглашение о сотрудничестве в области продовольственной безопасности).
В ходе государственного визита Президента Азербайджана в Казахстан в октябре 2025 года было подписано 15 документов о сотрудничестве в сферах энергетики, транспорта и логистики, цифровизации и искусственного интеллекта, промышленной безопасности, здравоохранения и статистики, культурно-гуманитарных связей.
Вероятной итоговой целью этой стратегии является то, что в условиях нестабильности, окружающей и Кавказ, и Центральную Азию, Азербайджан и государства ЦА формируют автономный макрорегион, юридически защищенный от попыток третьих сил втянуть его в геополитическое противостояние.///nCa, 25 августа 2026 г.