Уровень Каспийского моря продолжает стремительно падать — за последние 15–20 лет вода ушла на десятки метров, обнажив огромные площади бывшего дна. Береговая линия Туркменбашинского залива и залива Гарабогазгол изменилась кардинально: там, где ещё недавно было море, сегодня раскинулись солончаки, песчаные равнины и постепенно формирующиеся новые экосистемы.
В своей статье, опубликованной в газете «»Нейтральный Туркменистан» (10 января 2026 г) Пирли Кепбанов, директор Национального института пустынь, растительного и животного мира Туркменистана, кандидат биологических наук, делится результатами наблюдений и экспедиционных исследований за процессами естественного освоения этих новообразованных территорий.
Природа шаг за шагом заселяет «пустующую» землю: от первых пионеров — однолетних эугалофитов (солерос, сведа, лебеда) до формирования уже вполне «пустынного» облика с псаммофитами, селитрянкой и знаменитыми «пустынными берёзками» — песчаными акациями Конолли.
Эти знания и результаты исследований могут быть использованы для фитомелиорации засоленных земель, создания кормовых угодий и разработки стратегий адаптации к продолжающемуся падению уровня Каспия.
Ниже приводим полный текст статьи:
Новый облик берегов Каспия
Пирли Кепбанов, директор Национального института пустынь, растительного и животного мира Министерства охраны окружающей среды Туркменистана, кандидат биологических наук.
Крупнейшее на континенте и в мире внутреннее море-озеро Каспий подвержен значительным и сложно прогнозируемым колебаниям уровня вод. По мере усиления последствий глобального изменения климата понимание причин и минимизация последствий этих колебаний стало неотложным научным и политическим приоритетом для экспертного сообщества пяти прибрежных государств. Учёные указывают на необходимость комплексного и междисциплинарного подхода для оценки исторических закономерностей явления, уточнения прогнозных моделей, оценки воздействия на морские экосистемы и биоразнообразие, разработки стратегий по смягчению последствий этих изменений и адаптации к ним.
За последние 15–20 лет вода ушла вглубь Каспия на десятки метров, берег залива Гарабогазгола отодвинулся внутрь, хотя каспийские воды в залив продолжают поступать, а в отношении Туркменбашинского залива речь идёт уже о паре километров. Здесь показательно, что на полях электронной карты исследователя, находившегося на суше, космическая программа опознавала, как стоящего в воде далеко от берега. Когда-то Туркменбашинский залив омывал небольшой хребет Гарадаг, который виден из города Туркменбаши, теперь тут солянковая равнина с порослями солеустойчивых растений-галофитов, приспособленных к засолённым почвам. Как известно, природа не терпит пустоты, и земля не долго остаётся «бесхозной». С привнесением на поверхность намывных песков, растительных остатков, эоловых и органических частиц, испарения влаги, под воздействием осадков почва начала менять уровень минерализации.
Постепенно с течением времени освобождённая от воды территория заполнялась сначала единичными растениями, а затем здесь поселялись растительные сообщества. Первыми были «сильные, настоящие» галофиты или эугалофиты – соленакапливающие растения. Участники прошедшей тематической экспедиции – специалисты Национального института пустынь, растительного и животного мира и Хазарского государственного природного заповедника Министерства охраны окружающей среды Туркменистана, – на освобождённой от воды территории, отмечали именно такие растения, которые следует назвать пионерами засолённых гидроморфных почв, в том числе и береговой зоны Каспия.
Растения оценивались по их положению относительно береговой линии, по густоте, их состояние и вегетация согласно сезону. В пределах таких территорий были обнаружены однолетние растения – солерос европейский, сведа морская и лебеда украшенная. Несколько дальше от береговой линии встречаются кустарники – соляноколосник каспийский, растущий в экстремальных экологических условиях и являющийся хорошим кормовым растением, терпимый к минерализации. Ещё дальше на засолённых глинах, покрытых небольшим слоем навеянного песка, располагаются разрозненные гребенщики. Их ветви, мелкие листья покрыты солёной пылью – таким образом растение избавляется от излишков поглощённых солей.
Обособленно от берега, на солончаках, расположенных поблизости от побережий поселяется полукустарник сарсазан шишковатый, который не переносит подтопления. Поселяясь друг от друга на расстоянии 35 метров, они накапливают вокруг себя песчаный субстрат, формируют возвышения – чокалаки, на которых весной могут поселяться однолетние травы – эфемеры, осенью – различные красно-оранжевого цвета солянки.
Чем дальше от моря, тем осмотр территорий показывал уже стандартный растительный облик прикаспийских пустынь. На бугристых субстратах, засолённых в небольшой степени, поселяются псаммофиты – растения песков. Здесь, на песчаных буграх, достигающих двух метров, поселяются кусты селитрянки Комарова. Песчаные бугры образуются под их кустами в результате навеивания грунта и закрепления их корнями. Из крупных псаммофитов нередко встречается единственное эндемичное дерево – песчаная акация Конолли (сюзен). Это растение с листвой, отражающей свет, – украшение Каракумов – обычно находится в прекрасном состоянии, формирует на поникших ветвях дочерние поросли из спящих почек и корневые отростки. Издалека акации напоминают иву плакучую или …берёзку. Поэтому исследователи пустынь раньше их так и называют – «пустынные берёзки». Их из-за колючек на побегах скот не поедает.
В прикаспийских пустынях в большом количестве можно видеть уже высохшие к осени полукустарники – астрагалы древовидные (сингрены) с длинными, сухими безлистными стеблями. Их часто используют чабаны и бывалые полевики для быстрого разжигания костра, так как они быстро загорают ярким пламенем. На сухих растениях – полынях, черкезах и других растениях поселяются симбиотические организмы, состоящие из грибов и водорослей – лишайники, способные долго жить без воды и ждать благоприятного момента – дождя, чтобы ожить и продолжать развиваться.
В целом изучение состояния и видового состава растительности прикаспийских пустынь, которые являются перспективными пастбищами, проводятся посезонно, практически ежегодно, что входит в число основных научных тем НИПРЖМ. Однако анализирование процессов в экосистемах нового типа – освобождённых солёными водами – это отдельная тема для практики природоведения и имеет важное прикладное направление. Следует подчеркнуть, что визуальный осмотр территорий может помочь экологам познать пути природы, которая шаг за шагом меняет облик оставленных морем участков. Последовательность этапов преображения берегов солёных водоёмов в своеобразную экосистему подскажет, как разработать методы фитомелиорации таких территорий, используя их под пастбища, выращивания кормовых и лекарственных галофитов. А также, возможно, поможет определить пути рекультивации, подготовки территорий к другой форме существования, освоения и приспособления его под нужды природы и человека.
Здесь сильно засолённые земли представляют собой малоисследованный тип экологических систем, который в качестве своеобразного эталона может войти в число других различных ландшафтных образований Туркменистана. Сегодня учёные исследуют скорость появления и распространения растительного покрова, гибкость живых организмов и систем, их способность заполнить различными формами жизни опустевшее пространство, подготовить его к смене облика. Поэтому среди высоких пышных кустов сильного галофита – растения под названием гребенщик или тамарикс, сегодня уже следуют своим курсом группы верблюдов, и такое уже не вызывает удивление. Также дикие лошади заходят в пределы таких участков полакомиться солоноватыми сочными галофитами, проникают рептилии – была встречена молодая эфа. Солончаковая растительность в осенне-зимний период и с приходом дождей теряет насыщенность солей и становится сочным и полноценным кормом.
Природный процесс обживания новых участков суши напоминает историю искусственного острова «Emeli ada», который возник вместе со строительством Международного морского порта Туркменбаши, когда при возведении причалов под современные суда выкопанный грунт перебрасывался в места, где теперь существует своеобразная экосистема со своей природной фитоструктурой. В этой связи показателен опыт изучения появления и естественного распространения на глинистой засолённой почве и сильно промытом морском песке с ракушечником искусственного острова, где условия жёстки из-за локальности и отделённости от «большой земли». Экологи несколько лет подряд проводили здесь исследования, сформировали базу данных. Сейчас здесь существуют многолетние сообщества галофитных и ксерофитных растений, и это уже скорее полуостров, поскольку существует проход к нему по суше. Здесь поселились колонии птиц, которые гнездятся среди порослей полыней Келлера (до одного метра в высоту) и кемрудской, кустов гребенщика, солянок южной и Паульсена, солероса, лебеды, сведы. «Экскурсанты» при осмотре нового участка суши учитывают, что изначально территория создавалась под природу.
Наблюдать за преобразованием гидроморфных и галоморфных территорий (при расселении галофитов) необходимы для того, чтобы определить временные рамки трансформации природы. ///nCa, 11 января 2026 г.